Как ящики бигмаков спасли меня от смерти

Processed with VSCOcam with a5 preset

Старику Рональду Макдональду в последние дни приходится несладко. Всем приходится несладко, но Рональду особенно: Роспотребнадзор закрыл четыре Макдональдса в Москве и это, разумеется, только начало. И пока все исходят истерикой — восторженной или печальной — я просто тихонько сниму шляпу. В моей жизни Бигмак — это нечто большее, чем безжизненный кусок коровьего трупа, зажатый между подслащенными белыми булками. Однажды Бигмак спас мне жизнь, и я у него в долгу.

I.
Это случилось летом 2011 года. Я работал в Макдаке на восточном побережье США. Я стоял у гриля, собирал Бигмаки, скручивал буррито и оттирал птичье дерьмо от ворот ресторана. Иногда я начинал работать с 5 утра, и чтобы не опоздать, засыпал в омерзительной красной рубахе и черных штанах, в галстуке и кепке. Стоит ли говорить, что я ненавидел все это? Я до сих пор прекрасно помню, как правильно собрать Бигмак и сколько жарить в масле картошку фри.

Когда я узнал, что на Нью-Джерси надвигается разрушительный ураган Айрин, мне наконец-то стало хорошо и легко. Я уже пару месяцев думал о том, что между работой в Макдаке и смертью я бы не раздумывая выбрал второе. Но за день до прихода спасительницы-Айрин хозяева Макдака посадили нас, сотрудников, в желтые школьные автобусы и отправили подальше от берега. Погода портилась на глазах, поднимался ветер, сильно пахло солью, американцы в панике разъезжались. Наши школьные автобусы неторопливо ползли по направлению к Вайнлэнду в самом центре Нью-Джерси.
Нас везли в убежище.

II.
Один из хозяев Макдака по имени Кит постоянно сравнивал Нью-Джерси с Россией. За рулем он всегда задавался одним и тем же вопросом: вот почему он исправно платит налоги, а дороги в Нью-Джерси такое говно, словно он в России? Я ему говорил, что он недооценивает русские дороги. Но отчасти Кит был прав.

Первое, что я увидел в Вайнлэнде — дорожников. Только что пробрасывал дождь, завтра должен прийти адский ураган и снести все к чертям, а эти ребята спокойно ремонтировали ямки в дороге. Скверно и некачественно, бессмысленно и беспощадно.

Как только мы выгрузились из автобуса, ко мне подошли два карикатурных драгдилера-афроамериканца и, разумеется, предложили купить дури. Я робко отказался, и они очень расстроились.
— У нас отличная дурь, чувак, — с обидой сказал один из парней. Было очевидно: он болеет за свое дело всем сердцем.

И вот я сижу в двухкомнатной квартире. В ближайшие два дня Айрин должна была разнести тут все по кирпичикам. И драгдилеров, и дурь, и некачественно отремонтированные дороги.

III.
У нас было несколько бутылок воды, полтора десятка спальных мешков и какое-то совершенно неприличное количество коробок с Бигмаками. Ну а чем еще владельцы Макдака могли накормить работников Макдака в эвакуации?

Спальные мешки расползлись по квартире, Бигмаки тоже. Люди ели как в последний раз. Это и должен был быть последний раз. Я подумал, что не хочу встретить Стихию закутанным в спальник с полным брюхом плоти и крови старины Рональда.

В соседней квартире жил Рауль. Я просто встретил его на крыльце, и он позвал в гости. Рауль приезжал в Россию и играл на гитаре в переходах, пытался изучать язык, но ничего не получилось. Спустя пару десятков лет он и слова связать не мог. Ну и он был укурен, конечно. Рауль не боялся урагана, он вообще ничего не боялся. Он дунул, а потом еще дунул, предложил мне, потом своей девушке. А дальше мы стали играть на PlayStation, петь под гитару и смотреть «Криминальное чтиво». За окном уже нешуточно дуло, Айрин была в двух шагах. А мы смотрели «Криминальное чтиво», и никакой долбанный ураган не посмел бы нарушить эту идиллию.

Поздно ночью я пробрался к себе в спальник и крепко уснул.

IV.
Все знают этот запах. Так пахнет оттаявшая весной мертвая собака. Сладковатый, едкий, сводящий с ума запах разложения. Я подумал, что кто-то уже стал жертвой Айрин, и открыл глаза. Все спали. За окном шумело, ломались ветки — ну, все же видели ураган в кино. Вот так и было. И смрад.

Я обошел комнаты. Люди начали продирать глаза. Запах с каждой секундой становился все мучительнее. И вот мы уже почти полным составом эвакуированных кухонных эльфов ходим по пустой квартире и ищем источник вони. В итоге мы нашли его, последнего из Могикан — это был не съеденный со вчера Бигмак, затерянный в складках чьего-то спального мешка. Он пах болью, он пах смертью, он пах ненавистью и страданиями. Он — маленький сэндвич — заполнил собой все пространство нашего убежища. Вчера мы объелись точно такими же до состояния моментальной отключки.

В этот день, за пару часов до апогея стихии, которая оказалась весьма вялой, нам привезли еще столько же Бигмаков. И в этот вечер мы тоже ели как в последний раз. Но уроки прошлого были учтены.

Мы почти три дня прожили на бигмаках, они почти спасли нам жизнь. Если бы не эти маленькие и очень пахучие сэндвичи, возможно, мы бы начали есть друг друга. А если бигмак спасает русского человека, значит он за русский мир. А это дорогого стоит.
Не надо запрещать бигмак. Свободу Рональду Макдональду!

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.