Как я давал взятку омскому военкомату

tsi-53

Эту ту самую историю, очередную серию хроник русского левиафана, рассказывает наш читатель Алексей из самого аномального города Вселенной (это Омск, если вы не знали). Коррупция, безумные суды, похищения, боль — все это он, русский левиафан. Военком предложил Алексею откосить от армии за 70 тысяч рублей, но все чуть не испортила задница нашего уважаемого читателя. Если с вами происходило что-то подобное, обязательно расскажите нам об этом, мы держим руку на пульсе событий.

Это было в мае прошлого года. Университетские дела вконец меня достали, а только что появившаяся вакансия журналиста в небезызвестном омском издании настолько манила, что пришлось сделать тяжелый нравственный выбор — рискнуть учебой и образованием ради призрака стабильного и уверенного карьерного роста. Честно — просто лень было сидеть дома, поэтому выбрал работу, а в результате 17 мая был отчислен с филологического факультета.

Делать нечего — кое-как восстановился на заочку, однако впереди замаячила новая опасность — Вооруженные силы Российской Федерации. Думал, как-нибудь откошу, не зацепит. Зацепило.

В ноябре 6-го числа — комиссия. Самая призывная из всех, что у меня были. Целый день в больнице прошел как дурной сон, потом повестка на контрольную явку. Беседа с военным коммисаром ничего не дала — никакого «доучиться», никакого «гей-буддист-мамкапротив» — только сухопутные войска, только хардкор.

Расслабившись и по-«гей-буддистски» приняв свою судьбу как данность, я продолжил жить и ходить на работу. За неделю до «D-day» звонок. Оказалось — военком. И говорит так ласково, будто в койку затащить хочет.
— Журналист, значит. Работа есть, издание вроде неплохое. Думаю, твои родители не обрадуются, если в армию уйдешь. Надо бы встреться, поговорить, может, чего и решим.
— Сколько? — сразу насупился я.
— Такие вопросы по телефону не решают. Жду в среду.

«За спрос не бьют в нос», — подумал я, почесал этот самый небитый нос и собрался на встречу. Однако, невесть откуда взявшийся профессионализм (а вдруг киданет, падла?) затребовал записать разговор. Как это сделать тайком от записываемого объекта, я не представлял.

И вот он, долгожданный миг триумфа идиотизма — встреча с военкомом. Диктофон уже записывает и лежит в заднем кармане моих штанов. Подкатывает золотисто-говнистая «десятка», я сажусь на переднее пассажирское место. И тут слышу голос с хрипотцой, который начинает говорить о судьбе заброшенного элеватора. Говорить из моей жопы. Я его даже узнал — это министр имущественных отношений области. Чисто по ощущениям начинаю понимать, какими цветами окрашивается мое лицо, при этом даже не смотрюсь в зеркало. Думаю, ну все, паря, приехал.

«Ой, телефон», — говорю. Затем, понимая, каким долбоебизмом это все будет выглядеть со стороны, достаю диктофон, прикладываю к уху, спокойно говорю, что я занят и перезвоню позже, после чего его выключаю.

Забрав меня у магазина, мужик с лицом персонажа из «Робокопа» повез меня куда-то в трущобы. Остановившись на задворках, военком повернулся ко мне и смерил своим строгим взглядом. Пока сквозь зубы у меня пыталась пробиться фраза «Пацаны не бейте, лучше обоссыте», он показал всю свою чрезмерно волосатую пятерню и сказал: «За месяц».
— А за все время, чтобы раз и навсегда?
— 70, — нарисовал он пальцем в воздухе.
— Мне нужно подумать, — сглотнул я.

В итоге, дабы хоть как-то закрыть зимнюю сессию, мне понадобилось 25 тысяч. Знаю, лох, мог откосить по-другому, но в тот момент ничего столь скородейственного и адекватного придумать не смог.

Такие дела.

Прислать свою историю

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

2 комментариев

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *