Как я в Киеве пыталась стать Волком с Уолл Стрит, но устала

tsi-117

Наша читательница Анастасия Яманеко рассказывает нам историю о том, как пыталась работать в киевском благотворительном фонде, подозрительно похожем на предприятие имени Остапа Бендера. Анастасия, спасибо вам большое! Напоминаем, что это далеко не единственный текст о поисках работы в Постапокалипсис. Юлия Корчагина уже рассказывала нам о работе промоутером в продуктовом магазине и о секте продавцов пылесосов Кирби. Вот тут наша читательница вспоминает, как её заставили работать зазывалой в турецкой ковровой лавке, а здесь наш читатель Валерий повествует о нелёгких буднях пробователя персиковых творожков за деньги. Читатель, присылай нам скорее свою ту самую историю, мы знает, что с тобой тоже происходило всякое невероятное, разнообразное и потрясающее.

Поначалу мне казалось, что вакансий для неудавшихся учёных гуманитарного профиля полным-полно. Однако неделю за неделей я ездила по несуществующим фирмам, состоявшим из каморки секретарши и кожаного кресла «начальника», выслушивала бодрую речь о том, что нужно будет продавать книжки/косметику на улице (зарплата зависит от тебя!), и не приходила на пробный рабочий день. Доходило порой до того, что мне звонили и сообщали, что я успешно прошла собеседование, на которое я забила и вообще не явилась, а пару раз даже предлагали работу в «сети массажных салонов и клубов закрытого типа». Но, несмотря на череду подобных неудач, каждый раз при виде приглашения на собеседование моя израненная душа наполнялась надеждой. И вот я еду на другой конец города работать менеджером в благотворительном фонде «Щастя» (не удивляйтесь написанию, дело происходило в Киеве).

Надо сказать, что на фоне всенародных потрясений и бед невероятно размножились благотворительные организации, работавшие по заветам товарища Бендера. В парочке таких мест мне уже довелось побывать на собеседованиях, вот и третье. Офис «Щастя» располагался в подъезде жилого дома. Пройдя мимо консьержки, я попала в помещение за кожаной дверью без таблички. Это, кстати, вообще добрая традиция таких фирм. Секретарь радостно сообщила мне, что они уже очень давно ждали именно меня, ведь в моём резюме написано, что я была волонтёром экологической организации. Вскоре меня препроводили в кабинет Босса. Боссом оказалась женщина средних лет, она бегло расспросила меня о местах работы и осталась удовлетворена моими ответами. Секретарь записала меня на пробный день и, ещё раз лучезарно улыбнувшись, напомнила мне, что я невероятно подходящая кандидатура.

Моё рабочее утро на следующий день началось с комнаты, в которой находилось 7 — 8 столов, 10 — 15 человек и примерно вдвое больше мобильных телефонов. Мои будущие коллеги уже вовсю совершали звонки по базе, уверенно перекрикивая друг друга. Меня прикрепили к инструктору — молодой женщине из Донецка, бежавшей оттуда вместе с ребёнком и нашедшей себя в помощи другим. Она дала мне корпоративную распечатку и я стала изображать усердную зубрежку, параллельно прислушиваясь к звонкам других инструктора. В распечатке обнаружилось обычное болото корпоративной культуры: пять шагов общения, десять правил бизнеса, местная псевдотерминология: «Джус — энергия, кайф», «Дрек — плохой человек, который говорит гадости о компании, не узнав её изнутри». Я решила не быть дреком и идти до конца.

Мои обязанности заключались в следующем: я должна была звонить по списку (у более опытных сотрудников «Щастя», конечно же, уже были свои базы) и, бодро представившись, предлагать оказать денежную помощь детям-сиротам, которых опекает наш фонд. Потом, если человек заинтересовывался, ему рассказывали историю о детском празднике, на который не хватает финансирования, а праздник уже вот-вот, и бедные дети останутся без подарков! Потом следовало перейти к рассказу о способах совершения платежей — от личной встречи до онлайн-банка.
После инструктажа следовала обычная для таких мест история о новичке, который в первый же день срубил среднюю зарплату и ушёл, потому что ему было неинтересно. В качестве зарплаты предполагались 10% от платежей, пришедших по твоей наводке, так что, как говорится, всё зависит от тебя!©.

Наконец, я получила старенькую нокию и список, взятый прямо у сотового оператора — все номера подряд. Fight! Половина номеров оказалась отключена или в роуминге, и я вновь и вновь вычёркивала строчки из списка. Ответившие были не лучше. Когда мне на мой «спич» о бедных детках отвечали «меня это не интересует, извините», я вздыхала с огромным облегчением. Но чаще мои собеседники лезли в бой (как, в общем-то, и я сама, когда мне звонили из подобных непонятных контор) и задавали «неудобные» вопросы, например: «Откуда у вас мой номер?», «Откуда у вас мой номер, я спрашиваю?!» и так далее. Каждому из таких боевых собеседников я сообщала, что его порекомендовали как хорошего человека. Вопреки обещанию в распечатке, люди после этого всё равно не успокаивались. К счастью, мне можно было самой бросать трубку.

Честно говоря, я не представляю, чтобы я или кто-то из моих близких могли перевести денег на счёт незнакомого человека, который позвонил не пойми откуда и навешал лапши о детках-сиротках и их празднике. Однако инструкторы чувствовали себя более чем уверенно, время от времени лениво совершая успешные звонки, каждый из которых приносил им вполне определённый доход. Ощущение, что я чего-то не понимаю, нарастало с каждой минутой.
— Слышь, Анастасия. Вот скажи мне, ты-то сама щаслива, шо ты звонишь
мне тут из своего фонда?
— Послушайте, лучше я расскажу вам историю. У меня трое своих детей и десять приёмных, государство мне не дало ни копейки, так с какой стати я буду вам переводить?!
— Вы вообще понимаете, куда вы попали?

И так до самого обеда.

Ни на обед, ни на проезд денег у меня не было (к тому времени я уже неделю ездила зайцем), я прозвонила весь список, не заработав ни копейки. Так как помимо меня в тот же день набрали еще троих новичков, я сделала выводы, что у фонда «Щастя» и без меня всегда найдётся, кому делать грязную работу. Я не знала точно, существуют ли эти самые бедные сиротки, но даже если они и были на самом деле, то их подарки явно не являлись основной статьёй расходов. «Инна, — сказала я инструктору, — я, кажется, поняла, что это не моё». Инна, кажется, не была удивлена и попрощалась со мной без всякого сожаления. Товарищ Бендер был бы мной не доволен, но такого «Щястя» мне не надо.

 

ДОРОГИЕ ДРУЗЬЯ!

Мы очень любим ваши те самые истории — всё-таки это один из лучших способов изучать окружающий нас Постапокалипсис. Поэтому мы начинаем конкурс — присылайте свою самую безумную, реально адовую, страшную, невообразимую, непостижимую историю, и авторы трёх лучших историй получат от нас футболки в подарок. Футболки классные, мы закупаем их в Европе, печатаем логотип с Теодором в Санкт-Петербурге, футболки неубиваемые и могут достаться вашим внукам в наследство, если вы доживёте. На вас напал голый полицейский? СВР хотели привлечь вас к расследованию кражи телевизора? Попали в парадоксальную ситуацию? Повидали нечто, что до сих пор не даёт вам покоя? Стали участником истории, которую можно смело рассказывать детям? Попали в передрягу, о которой детям лучше не рассказывать? Познали истинный Конец Света окружающих вас вещей? Узрели жуткую истину? Скорее пишите нам.

 

batenka

Конкурс продлится до 13 ноября 2015 года, участвуют все истории, присланные в этот период. Авторы трёх самых популярных ТСИ получат футболку. Уиииии!
Ура!

Прислать свою историю

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *