Как я целый месяц жила с шизофреником и это излечило меня от альтруизма

tsi-201

Сегодня вторник, а этот день посвящен на сайте «Батенька, да вы трансформер» разделу Защита. Согласно пирамиде Апокалипсиса Маслоу, как только потребность в ресурсах удовлетворена, на первый план выходит удовлетворение потребности в безопасности. Условная Защита — это чувство уверенности, стабильность, комфорт, избавление от страхов. Сегодня у нас история читательницы по имени Виктория о том, как в её съёмную квартиру, ставшую ей уже почти родной, ворвалась Галя. А вместе с Галей ворвались и поселились в уютной двушке бытовая неустроенность, тревога, паранойя, разбитые о стены вазы и плен в четырёх стенах в ожидании сигарет. Виктория, спасибо вам большое, берегите себя! Читатель, если тебе когда-нибудь приходилось спасаться из абсурдных обстоятельств, из плена в магазине фломастеров или турецкой ковровой лавки, если тебя пытались похитить, если тебе есть что я рассказать на собственном опыте о том, как во времена Постапокалипсиса трансформируется потребность в защите и её реализация, скорее присылай нам свою ту самую историю и жди её выхода на сайте в один из вторников!

Со съёмным жильём мне всегда не то чтобы не везло, но есть что вспомнить под рюмашку. То у меня по коридору ходили зомби, на потолке висели сушёные головы, а в холодильнике остывали черви — такая вот специфика жизни с гримёром, то меня до квартиры провожали гопники с топором, то я сама лопатой выталкивала незнакомых мужчин из окна в сугроб. А в прошлом мае я стала невольным участником, скажем так, затяжного перформанса, во время которого побывала пленником собственного альтруизма и вышла из него тревожным параноиком.

В одно предрабочее утро я пошла на кухню включать чайник и там, в тумане своих минус пяти, увидела чужого человека. Им оказалась час назад приехавшая бывшая жена хозяина квартиры, которую я снимала. Конечно, когда я въезжала, о её существовании мне не сказали. Назовём мою гостью Галей. Галя была из Украины, имела прописку в этой квартире и ключ от входной двери. Галя была (и остаётся!) чудесной женщиной. Вот только она очень не любила предупреждать о приезде, а жить ей было больше негде. А ещё Галя была шизофреником, настоящим, с диагнозом и пакетом лекарств. Она приезжала и раньше, обычно раз в три месяца, жила по два-три дня в пустующей комнате двушки и никак со мной не пересекалась. В этот раз она тоже пообещала вести себя тихо, разобраться с делами и так же тихо уехать.

Через несколько дней, когда Гале пора было уезжать обратно домой, она рассказала, что её выгнала родня, она потеряла документы и будет их восстанавливать несколько дней. Или недель. А дальше завертелось: сначала мы договаривались, что на кухне не нужны шторы, и она бодро вешала их, пока меня не было дома; на стенах стали появляться сомнительные картины; на кухне не осталось ни одной свободной для меня горизонтальной поверхности — но это всё так, бытовуха. Потом она стала готовить завтраки для дочери, живущей на другом конце планеты, говорить сама с собой — по ночам, по утрам и вообще в любое время, причём говорить громко, воодушевлённо, страстно, бранясь так, что завидно становилось. Я стала подозревать, что у Гали закончились таблетки, которые делали её мирной, просто немного странненькой женщиной, одной из тысяч таких же.

Однажды я зашла в туалет и увидела, что из унитаза торчит коврик. Галя прибежала на мой крик, очень удивилась моей реакции, невозмутимо достала коврик, выжала его и стала протирать им полы в квартире. Так и жили. Пока Галя превращала уже довольно родную мне квартиру и вообще всю мою жизнь в психбольничку, я успокаивала себя как могла: считала дни до её отъезда, представляла, как врезаю новый замок и выгоняю её в метель (ну и что, что на дворе май), пила, покупала себе цветы, жалела её, уговаривала себя быть терпимее и пыталась дозвониться до хозяина квартиры.

Галя оказалась к тому же весьма романтичной особой. В один из дней она пробралась ко мне в комнату, распотрошила мой букет пионов, усыпала лепестками мою кровать, один пион забросила на люстру, а вазу кинула в стену. Этот эпизод особенно меня впечатлил — я поняла, что моя гостья преодолела последний рубеж и ворвалась в моё личное пространство. Этого я не выдержала и уехала к маме. И лучше бы не возвращалась — у Гали кончились деньги, ей было нечего есть и курить, поэтому она стала угрюмой и злой, а потом выкинула с балкона мою обувь, украла мои ключи и отказалась выпускать меня из квартиры, пока её не обеспечат сигаретами. И это было прекрасно, потому что наконец-то все «неравнодушные» перестали ломаться, и мы решили вызвать врачей. Тогда уже мы знали, что Галя давно восстановила документы, а так как она привезла зимние вещи, стало понятно, что уезжать и не собиралась.

Врачи приехали, они поговорили, посмеялись, а потом Галя сбежала. Её не было несколько дней. Поразительно то, что с исчезновением её присутствие в квартире не закончилось, а даже как будто бы стало больше и ощутимее: я не выходила из дома, не посмотрев предварительно в глазок и не прислушавшись к звукам на лестничной клетке; к подъезду я шла, постоянно оборачиваясь, и думала в эти моменты только о ней. А потом ещё несколько месяцев находила «сюрпризы» от неё, вроде яичной скорлупы на тарелочке в глубине бельевого ящика. Дня через четыре после побега я увидела её на остановке — она стояла в тридцати метрах от меня и смотрела в мою сторону. Небо было пронзительно голубым, её взгляд тоже. Галя ничего не сказала, а я села в маршрутку и уехала. Потом, когда она стала бродить всё ближе к дому, опять вызвали врачей, после чего её увезли. Владелец квартиры разрешил сменить дверной замок. Я пополнила мини-бар и тут же его опустошила. Вроде бы всё устаканилось. Вот только я с тех пор стала практически всех вокруг считать больными на голову — оказалось, если присмотреться, в каждом есть немного Гали.

РАССКАЖИТЕ СВОЮ ТУ САМУЮ ИСТОРИЮ

Батенька, как вас зовут?

Ваша почта

Так в чём ваша история?

Рассказывайте

2.Protection

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

1 комментарий

  • Doreen I liked the article it has a lot of inslet.Whiie I do believe that there will always be a place for some middle managers I see that role getting smaller. In fact not only will that role get smaller but the role of front line manager will also shrink. Self managed teams on the other hand are growing.The future will happen so will change however, I don’t believe it will be an easy path. The goals and needs of one differ from another.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *