Ананке

колонка

Владислав Моисеев об относительности свободы и чайках-убийцах

Пять лет назад я работал в Макдоналдсе. Дело было в небольшом городке Сивилл, Нью-Джерси. Можно уверенно сказать, что это были три худших месяца моей жизни: в пять утра за мной заезжал владелец ресторана, в шесть утра я уже вовсю стряпал бурито, бургеры, подметал, мыл, убирал, упаковывал, распаковывал — и так до потери пульса. Но самое неприятное было — стоять у гриля и жарить мясо. За пару часов я настолько пропитывался этими прекрасными трупными запахами, что даже по возвращении домой не мог отодрать их от себя. У гриля было дико жарко, и я очень радовался, когда мясные полуфабрикаты заканчивались и нужно было идти в морозилку. Я ложился на коробки с ледяными котлетами и расслабленно остужался.

Стоит ли говорить, что свой опыт работы в Макдоналдсе я воспринимал как высшую степень несвободы? Я чувствовал себя настоящим домовым эльфом на службе у Малфоев. Подробнее о моих приключениях в стране боли и мяса можно почитать в «Русском репортёре».

Прошло пять лет. Я уже давно не работаю в Макдоналдсе и стараюсь туда не заходить. Но почему-то всё ещё чувствую себя не очень свободным, хотя и не сижу в офисе и не обременён кредитами. Но я уже давно не напрягаюсь по этому поводу. Понять, что свобода — штука очень относительная, мне помог один случай, произошедший в Макдоналдсе.

Перед приездом какой-то инспекции меня отправили сметать паутину со стен ресторана и прогонять пауков за пределы мясного ранчо Роналда Макдоналда. Это было невероятное счастье — вырваться из кухонного ада, целый час ходить по улице с метлой и артистично имитировать неравный бой с полчищами восьмилапых злоумышленников. Я заглядывал в самые потаённые углы, обшарил парковку, прочесал метлой псевдочерепичную крышу — никогда ещё я так усердно не выполнял поставленную задачу.

Я выгнал всех пауков и уныло тащился назад, но неожиданно поймал взглядом большую паутину между остриженными кустами — она была совсем тонкой, и я бы ни за что её не заметил, если бы там в агонии не трепетала большая жёлто-зелёная бабочка. У неё был огромный размах крыльев и удивительный узор, она отчаянно трепыхалась среди апатичных мух, уже смирившихся со своей участью.

Я радостно направился к паутине, аккуратно вытащил из неё бабочку. Но она села на асфальт и никуда не хотела лететь. Я уничтожил паутину, но бабочка оставалась на своём месте. Тогда я легонько шаркнул рядом с ней метлой и подтолкнул. Наконец, она расправила крылья и полетела. Я провожал её заботливым отеческим взглядом. Бабочку подхватил порыв ветра, жёлто-зелёные крылья заиграли на солнце прекрасными новыми цветами. Но неожиданно с двух сторон на неё налетели две жирные чайки и разорвали у меня на глазах.

На одной из башен Собора Парижской Богоматери было начертано «Ананке». Морали не будет.

2.Protection

Эту замечательную иллюстрацию на заходе для нас сделала Соня Коршенбойм. Спасибо, Соня!

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

1 комментарий

  • ИNсус:

    Странно, спустя 10 лет, после наверняка почти таких же 4 мес по 80 часов неделю в макдаках, вспоминаю их как вполне свободное время, когда можно было честно работать и зарабатывать (что в РФ случается не так часто как хотелось бы).

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *