Откровения невидимого велижанина

IMG_1719

Иногда так бывает, что ты проезжаешь какой-нибудь провинциальный городок и не сразу понимаешь, вымер он или нет. Там можно найти людей, машины, даже какой-то магазин, но совершенно непонятно, почему это всё ещё существует. Когда уже загнулось производство, разнообразные институции поросли мхом и затянулись паутиной, хоть на какую-то экономическую жизнь в таких местах указывают только частные объявления, нацарапанные на обрывках бумаги неуверенной рукой. Невидимые люди продают рога, фрагменты старых автомобилей и всё, что найдут у себя в доме. Журналистка Анастасия Клёпова оказалась как раз в таком месте — в городе Велиже Смоленской области — и просто звонила по объявлениям, чтобы поговорить с велижанами о том, чем живёт их город, о наступившем Конце света, о водке и кровавых наветах.

Это было почти случайное путешествие. Я часто перемещаюсь по нашей хтонической стране, и на этот раз мой корабль прибило к Велижу. Для историка или искусствоведа он будет интересен увядающим купеческим величием, приятно розовыми каменными домами с лепниной и типичной для европейских задворок империи былой событийной насыщенностью. Урбаниста Велиж заинтересует своим раздвоением городской личности: река Западная Двина делит и без того лишённый комфортных коммуникативных функций городок на две части. Мост было построили, но что-то в нём не рассчитали, или слишком много не доложили материалов, так что он стоит треснутый и перегороженный. Попасть с левого городского берега на правый можно только в объезд. Крюк не абы какой — всего восемь километров. Для тех, чьё восприятие реальности не отягощено третьей осью координат, делающей мир объёмным, Велиж — просто дыра.

Чтобы почувствовать жизнь в этом славном городе, надо постараться. Она точно не бросается в глаза. Но у меня получилось. В какой-то момент передо мной возникла настоящая стена плача, велижский её филиал:

«Продаю крыло от ВАЗ 21-01», «Продам ледянку и кухонный стол в хор сост.», «Срочно продам старый двор на дрова». Десятки странных объявлений, которые лучше любой местной газеты или говорливой старушки рассказывают, как и чем живёт этот город. Я стала читать их и звонить авторам, просто чтобы узнать, как дела и есть ли ощущение, что Конец света уже давно произошёл.

ПРОДАМ ЛОДКУ В ДЕРЕВНЕ ЛОКОТЬ

Объявление написано от руки. Голос автора пьяный и беззубый. Звучит явно старше своего истинного возраста. За кадром треск, скрипы (словно дом собеседника полон хрустящего и скрипящего хлама, и он, зажав плечом телефон, руками быстренько его перекладывает с места на место).
— Доброе утро! Вы лодку продаёте?
— Нннникада вжизни нипрадавал и нисабираюся!

Короткие гудки.
Странно. Номер точно тот, что указан в объявлении. Суббота, утро, а уже в зюзю. Зюзями в Смоленской и Псковской губерниях всегда называли свиней. Отсюда и выражение, мол, напился в зюзю.

Через несколько минут мой собеседник перезванивает.
— Девушка, простите, просто мне сначала послышалось «водку». А лодку, да, продаю. Вам зачем? А мне-то она ни за чем. Я это, подарили мне её. Тут же река наша, Западная Двина. Можно рыбу ловить. Я сам-то рыбак, только щас уже не рыбак. Щас хреновенько мне. И жене хреновенько. Добротная лодка, волной не битая шибко. Новая, считай. Вы откуда сами будете? Ого! А я из Локтя. У нас тут грибы, ягоды, огород, куры. Вам крылья от ВАЗ-2110, кстати, не нужны? Лада такая, знаете. Могу продать. Ещё я телемеханик и электромонтёр. Дома три телевизора, но я принципиально не хочу и не буду! Да нет, не смотреть. Чинить не буду. Вот принципиально! Сапожник без сапог, да. Апокалипсис сейчас совсем рядом с нами, сами знаете, где. Но не ремонтирую я свои телевизоры не поэтому. По личным мотивам. Почему — не скажу!

Наш разговор снова прерывается. У Геннадия, так успел представиться велижский алкаш с ненужной лодкой, видимо, закончились деньги на счёте, роуминг же. Чувствуя свою вину за это, я кидаю на его номер 50 рублей, но только через несколько часов, чтобы он успел за это время покрепче выпить и забыть обо мне. Так и вышло: ни вечером, ни позже он больше не позвонил.

ПРОДАМ ДОМ

Объявление повествует о деревянном срубе прямо напротив стены, на которую оно наклеено. Дом обшит доской ярко-синего «сосущего глаза» цвета. Голос человека на том конце расслабленный сверх меры и с еврейским говорком. «За кадром» звук шагов по слякоти.
— Велиж — исторически еврейский город. Здесь до революции было одиннадцать синагог против девяти церквей. Велижское дело — слыхали? Евреи нашего городка выкрали русского младенца, посадили в бочку с гвоздями и катали в этой бочке, чтобы вся кровь вытекла. На крови той замесили мацу. Говорят, евреи откупились от местной власти, но русские подняли шум и дошли до самого царя. Многих посадили, но якобы всё это оказалось клеветой. Теперь в Велиже, конечно, глухо, ничего интересненького. Но летом отлично — природа, благодать. Продаю дом, да, он, правда, под снос. После Великой Отечественной в этом доме был магазин. Никто не скажет вам, какого он года постройки. Старина, да и только. Апокалипсис? Ой, скорее бы! Хоть какой-то прогресс, глядишь, пойдёт. Первой будут бомбить Москву же. А мы уж успеем подсуетиться.

КУПЛЮ РОГА. ДОРОГО

Объявление краткое, из трёх слов плюс контакты. Писано шрифтом с закосом под древнерусский стиль. Голос автора тягучий и настраивающий на философский лад. «За кадром» церковное не в меру раскатистое эхо.
— Рога — уникальный незаменимый товар. Нет, не как нефть, нефть можно заменить чем угодно, а рога — нечем. Я сейчас по основной работе, кстати, нефтегазовую отрасль поднимаю. Но рога — это интереснее и веселее. Как чего весёлого? Общение с людьми, от которых пахнет… ну, я не знаю… Романтикой, приключениями, опасностью. Вы бы знали, как живут люди, которые чистят ЛЭП, или которые охраняют нефтепровод, или сборщики ягод. Охотники добывают лося в основном нелегально, поэтому рога закапывают, и вообще закапывают всё, что не съедают. А сборщики ягод ходят и откапывают это всё, как свиньи трюфеля. Есть те, кто сдаёт старые советские вешалки за бутылку. Главное — цыганам не сдавайте ничего. А то женщины бывает по какому-то фэншую сдают даже бесплатно, потому что рога в доме — плохая примета. Зачем бесплатно, когда можно за 400 рублей килограмм? Даже старые, вековые рога могут служить медицинским целям. Так, а вы не журналист, который пишет про какую-нибудь фигню зелёную? Нет? Чё, правда, просто хотите поговорить? Не удивляюсь. Конфуций сказал: «Улицы полны мудрецов». Вот вы мне позвонили — почти как на улице подошли. Случайно. У китайцев половина лекарств начинается с «лу», что значит «олень». Там у них и пенис в ход идёт. В медицинский ход, понимаете? Кстати, рога помогают. Друг у меня вот сожрал рог, и у него нога срослась, которая год никак не срасталась. А жрал полгода, долго грыз. В чай добавлял, в водку, в еду. Помогло. Деревня-то умирает, конечно. Сюда едут только те, у кого в городе что-то не срослось, или надоели мудаки. Какой Апокалипсис?

ДЕД МОРОЗ ПО ОБЪЯВЛЕНИЮ

Объявление напечатано на цветном принтере, в вёрстке — тематические картинки из интернета с ёлкой, зайчиками и хороводами. У автора мужской молодой и надменный голос с одесским сочетанием неизменного для Велижа еврейского говорка и фрикативного «г».
— Если вы звоните по работе, то понимаете, конечно, что сейчас не сезон? Или просто хотите мне что-то рассказать? Как вас зовут? А, Настя, то есть Анастасия. Понятно. Знаете, так вышло, что я историк по образованию и Дед Мороз по объявлению. Ещё учитель истории в школе. И как историк скажу вам, что мы стояли перед простейшим выбором: либо мы будем, либо нас не будет. Мы — в смысле страна. Вот. И вдруг появился человек-гений — Владимир Владимирович. Я считаю, мы ему должны помогать. Вы что, издеваетесь надо мной? Какой Апокалипсис? Мне тридцать три года, и я Апокалипсисов пережил уже три или четыре. Как понять, что я считаю за Апокалипсис? Вы надо мной издеваетесь? Или просто не замужем? Вы считаете, меня позорит то, что я историк по образованию? А то, что я Дед Мороз? Позорит? Как я говорю своим родным, историк — это министр пропаганды. Если бы вы меня сейчас записывали, я бы сказал, что как министр пропаганды всегда готов помочь нашему президенту. Я обыкновенный человек родом из Рославля Смоленской области. Рославль — ударение на первый слог. Мне тридцать пять лет. Провинция абсолютно умирает. Россия была сильна своей деревней. Всю свою историю Россия славилась сельским хозяйством. А сейчас чем она славится? Ни-чем. «Деревня» — в нашем языке это пародия, оскорбление. Раньше деревня — это было … не надо стесняться, если работаешь на земле. Нам нужно тянуться к тем, кто работает на земле. Как вас зовут? А, Настя, то есть Анастасия. Понятно. Могу рассказать одну интересную историю. Знаете, почему Хан Батый захватил и спалил дотла кучу городов, а Смоленск не взял? Так вот, я всех своих учеников спрашиваю: по-че-му? А? Вот скажите. Знаете что! Если вы хотели меня проверить как историка, уже проверили, если хотели Деда Мороза, то сейчас не сезон, а если хотели посмеяться надо мной, у вас это получилось! До свидания! А Хан Батый не взял Смоленск, потому что весенняя распутица тупо. Вот и всё. Щас-то дорог нет, а чего вы хотите от XIII века? Спасибо Владимиру Владимировичу за то, что мне платят копейки. Да, копейки, но я всё равно рад. Я прожил большую жизнь: мне тридцать четыре года! Кстати, как вас зовут? А, понятно.

ПЕЧНЫХ ДЕЛ МАСТЕР

Объявление с витиеватым модерновым «П» в слове «Печник». Голос басистый, явно сквозь окладистую бороду. За кадром шуршащие ритмичные звуки, словно бы метут веником.
— Уважающий себя печник положит только сорок-пятьдесят кирпичей в день. Не больше! Знаете, заказать печника — дорогое удовольствие. А найти хорошего — вообще проблема. Потому что есть люди, которые кладут. А есть, которые кладут с душой. Открыл печной сезон я тем, что поставил печь с плитой на три оборота за 50 000 рублей. Плита на три оборота — это я вам лучше чертёж отправлю по почте, так не объяснить. Печи — это вроде хобби. По основной работе я инженер-конструктор на полугосударственном секретном объекте. Сначала я смастерил печь себе. Вот уже двадцать лет живу с отоплением, которое построил себе сам. Потом пошли заказы. Один московский архитектор придумал мне фирменный вензель — вот это «П». Типа логотип, ага. Раньше я делал резные иконостасы во Пскове, срубил лемех для одного псковского храма. Но потом в городе появилась фирма, которая делала пропильную резьбу станком. Эта фирма принудила епархию и всех до единого батьков именно у них заказывать иконостасы. Как заставила? Да просто автоматическая резьба была дешевле в три раза! Пришлось уходить из ремесла. Ещё я книгу написал про Афганистан. Бога встретил на войне, но пришёл к нему значительно позже. Если вдруг Апокалипсис, русскому человеку надо идти вперёд, потому что его уникальность — в стойкости. А как понять, если вдруг уже? Да нет, девушка, вы что!

ДУХОВНАЯ ПОМОЩЬ НАРКОЗАВИСИМЫМ

Невостребованное или свежее объявление: все «зубы»-листочки отрыва целы. Голос на том конце дремотный и усыпляющий собеседника. За кадром, кажется, моют посуду.
— У нас тут миссионерская пятидесятническая церковь. При ней — центр реабилитации алкоголиков и наркоманов, в котором на данный момент лежат четыре человека, алкозависимые. Все мы вышли из этой проблемы благодаря Господу. Люди платят чисто символические суммы — 2 000 рублей в месяц. Я семь лет употреблял тяжёлые наркотики. Пришёл к богу. Потом женился. Если сравнивать нашу церковь с разными другими конфессиями, то у них многое преподносится в рамках трансцендентального опыта, а здесь всё понятно объяснено, без накруток. Ещё я слушаю и произвожу музыку. Мы иногда выходим в центральный парк с друзьями, чтобы петь. Меня в городе знают. Если не в лицо, то хотя бы наслышаны. Апокалипсис… Вообще, я стараюсь в нашей домашней церкви (так мы называем храм) говорить людям, чтобы они поменьше смотрели и слушали. Потому что большая часть информации не имеет никакого отношения к нам. Никто не знает конкретных сроков, когда это случится. Что значит «уже случился»? Почему? Нет. Точно нет. Ведь тогда всё зря. Зря, понимаете? Хи-хи-хи! Ишь, придумали!

Я положила трубку. «Зря, понимаете? Хи-хи-хи!» — такие фразы голливудские режиссёры обыкновенно усиливают эхом и пускают во время титров. Сейчас это звучит с тем же эхом в полумраке моего черепа, а вместо титров снизу вверх плывёт карта Российской Федерации. Вы всё ещё здесь? Зря, понимаете? Хи-хи-хи! Всего вам хорошего.

2.Protection

Материал собран в экспедиции «Географический рандом», организованной командой автопутешественников «Градусы открытий».

Объявления на заходе развесила наша замечательная художница Соня Коршенбойм. Огромное спасибо, Соня!

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

1 комментарий

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *