«Обовсём» Пола Боулза

Bowles-Cover

Пол Боулз — повелитель скорпионов и плохих снов, всем сердцем преданный душному Танжеру американец и один из самых жестоких к читателю авторов, ставший классиком современной литературы. Если нагребают презрение к Родине, мизантропия и жажда оставить прошлое в прошлом — это лучшее время поговорить с Боулзом обо всём.

О свободе:

«Дверца клетки всегда открыта. Никто не обязан оставаться внутри. Но люди хотят свободы внутри клетки. Что вообще такое свобода? Мы связаны законами физики, своим телом и умом. Я бы сказал, что свобода означает отсутствие необходимости иметь дело с тем, что нам неприятно».

Bowles-1-sign

Об одиночестве:

«Я жажду слиться с толпой и хотел этого всегда, с самого раннего детства. Точнее, с тех пор, как меня впервые познакомили с другим ребёнком — мне тогда было пять лет. Но было уже слишком поздно. Я не желал присоединяться на чужих условиях. А теперь это уже не имеет значения».

Об эго и собственности:

«Я всегда считал, что меня не существует. У меня нет эго. Я рассматриваю писательство как естественную функцию. Я не пишу — это происходит само собой. Я не чувствую, что написал все свои книги. Они были написаны моей рукой, моим мозгом, моим организмом, но это вовсе не делает их моими. Я вообще никогда не чувствовал, будто мне что-либо принадлежит. Однажды я купил остров неподалёку от Цейлона. Я думал, что, когда я ступлю на него обеими ногами, смогу сказать себе: «Этот остров — мой». Но я не смог. Я не почувствовал абсолютно ничего, поэтому я продал его».

О причинах не сидеть на месте:

«Причина моих многочисленных путешествий заключается в том, что я всегда стремился быть как можно дальше от того места, где я родился, — как в географическом, так и в духовном смысле. Я всегда счастлив, когда покидаю США. И, как правило, чем дальше я уезжаю, тем я счастливее. Но есть ещё и вторая причина: я осознаю, что жизнь коротка и необходимо узнать о мире как можно больше. Человек принадлежит всему миру, а не только одной его части».

О выборе места жительства:

«Я считаю, что каждый человек должен иметь право жить в любом месте на Земле. Однако приобщение к обычаям местных жителей кажется мне невероятной глупостью. Разумеется, мне возразят: «Человек всегда остаётся человеком. Ему необходим контакт с другими людьми». Что ж, каждому своё. Я мог бы выразить своё отношение словами из «1001 ночи»: „Я не могу представить себе большего удовольствия, чем быть иноземцем среди людей, чужих мне по духу“».

О правильном способе путешествовать:

«Если бы путешествия по-прежнему подразумевали использование кораблей, я бы продолжал переезжать с места
на место. Для меня полёт — это не путешествие, а всего лишь способ как можно быстрее добраться из одного места в другое. Отправляясь в путешествие, я люблю брать с собой много багажа. Никогда заранее неизвестно, сколько месяцев или даже лет будешь отсутствовать и где в итоге окажешься. Перелёт же напоминает телевидение: ты вынужден брать то, что дают, потому что больше ничего нет. Это невыносимо».

О жизни в движении:

«Передвижение с места на место — хороший способ отсрочить свой судный день. Я чувствую себя наиболее счастливым, когда пребываю в движении. Когда ты отрезал себя от жизни, которую вёл прежде, но ещё не начал новую — ты свободен. Если ты к тому же не знаешь, куда направляешься — ты ещё более свободен».

Об обществе:

«Все люди изолированы друг от друга. Общество — это нечто вроде прокладки, защищающей нас от осознания этой изоляции; это фикция, выполняющая роль анестетика».

О коммунизме:

«Одно время я думал, что коммунизм способен разрушить истеблишмент. Когда я осознал, что это не так, я решил действовать самостоятельно».

О предназначении писателя:

Bowles-3-sign

«Большая часть написанного мной — призыв к разрушению. Я считаю, что естественное побуждение любого человека состоит в разрушении того, что ему неприятно. Однако это не означает, что человек осуществляет своё желание — мы далеко не всегда делаем то, что хотим. Но признавать в себе это желание — необходимо. Быть может, люди, «инфицированные» моими книгами, окажутся более способными на непосредственное разрушение, чем я. В этом смысле я всего лишь пропагандист. Но все писатели — пропагандисты той или иной идеи. Служить корродирующим агентом — вполне почётная функция. И уж тем более в ней нет ничего нового; она была частью романтической традиции на протяжении полутора веков. Если писателю удаётся побудить кого-то поставить под сомнение — а в конечном счёте и отвергнуть — любую составляющую общества, он может считать, что преуспел в исполнении своей функции. Я хочу внести вклад в разложение общества».

О кифе*:

«Не думаю, что киф влияет на способность писать. Он может вызвать вспышки озарения, но затрудняет мыслительный процесс. С другой стороны, он позволяет писать с полной концентрацией на протяжении многих часов без перерывов и усталости. Соответственно, он может быть полезен, если писать в свободном полёте фантазии. Я использовал его для этой цели лишь один раз, но, думаю, большинство писателей согласятся со мной, что киф — для расслабления, а не для работы».
*киф — североафриканское название гашиша

О насилии:

«Насилие в моих книгах выполняет терапевтическую роль. Тревожно думать, что в любой момент жизнь может разразиться беспричинным насилием. Но это может произойти и происходит, и люди должны быть готовы к этому. И если я убеждён, что наша жизнь основана на насилии; что вся та конструкция, которую мы называем цивилизацией (те леса, которые мы воздвигали на протяжении столетий), может рухнуть в любой момент, то это допущение неизбежно будет оказывать влияние на всё, что я пишу. Течение жизни предполагает насилие — как в мире животных, так и в мире растений. Однако среди животных только человек способен осмыслить насилие. Только человек способен наслаждаться мыслью о разрушении».

О литературе:

«Содержание книги не имеет для меня никакого значения. Создание ярких персонажей и интригующих сюжетов важно для широкой публики, но не для меня. Меня интересует то, как рассказана история, как сочетаются друг с другом слова, как построено предложение — в конце концов, в литературе нет ничего, кроме слов. Для меня превыше всего — язык».

О наследии и бессмертии в искусстве:

Bowles-4-sign

«Мне нет дела до того, переживут ли меня мои книги. Ничто не вечно. Тот ужасный фильм, который снял Бертолуччи*, не доставил мне удовольствия. Однако деньги приносят мне радость. В конечном счёте, в чём состоит жизнь, если не в том, чтобы иметь еду, одежду и крышу над головой — одним словом, хорошо проводить время? Я не верю в высокое предназначение искусства. Это бы означало, что цивилизованность лучше первобытности, а я так вовсе не считаю. Конечно, мне нравится иметь ванну с горячей водой и так далее, но это не цивилизация — это всего лишь комфорт. Так что я сомневаюсь, что мои книги будут помнить долго. Возможно, интерес будет сохраняться в течение десяти лет после моей смерти, но потом — какое мне до этого дело? Меня не интересует бессмертие».

*Фильм Бертолуччи «Под покровом небес» снят по книге Боулза

О будущем:

«Люди склонны считать, что жизнь стала хуже — и во многих отношениях так и есть, но это утверждение лишено всякого смысла. Что мы имеем в виду, когда говорим, что жизнь стала хуже? Она стала больше похожа на будущее, только и всего. Она просто движется вперёд. Будущее будет несоизмеримо «хуже» настоящего; а в том будущем будущее будет безмерно «хуже» того будущего, которое мы предвидим сейчас. Это естественно. Не нужно быть пессимистом, чтобы это увидеть. Возможность всемирного холокоста, жертвами которого станут миллионы людей, по-прежнему сохраняется. Я не хочу, чтобы так произошло, но я предвижу возможность такого сценария. В целом я ожидаю от будущего огромных преобразований, но я не думаю, что люди моего поколения сочтут их благоприятными. Возможно, люди, рождённые в 1975 году, посчитают иначе. В конце концов, люди, рождённые в 1950, считают, что телевидение — это удивительная вещь».

О смерти:

Bowles-2-sign
«Смерть — не более чем ещё одна несуществующая величина, которой пугают тех, кто её боится. Мне нечего сказать о смерти».

5.explore

Эти иллюстрации для нас подготовил проект Bojemoi. Ребята, огромное спасибо!

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

2 комментариев

  • Axel Bigman:

    Филиал Эсквайр на Батеньке?

  • Андрей:

    Спасибо за интересное интервью. Не так уж много переведено на русский язык, и кстати где-то затерялась книга Сойера-Луцано

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *