Еда Престолов

дудкина 1050

Юлия Дудкина, которая никогда не смотрела «Игру престолов», отправляется на фестиваль «Игры престолов», где кормят едой из сериала, наряжаются в его героев и все говорят про Старков и Ланнистеров. Дудкина пытается разобраться, почему все любят Джона Сноу и кто такая мать драконов? Совсем ничего не понимает, но в итоге перестаёт ненавидеть людей.

— У вас всё-таки очень странный начальник, — девушка в очереди за рыбой с тревогой смотрит на меня. — Так вы что, правда совсем-совсем ничего не понимаете?

Я озадаченно мотаю головой. Кругом все обсуждают Старков и Ланнистеров, у меня в руках — карточки с непонятными эмблемами. Мне сказали, что эти карточки мне надо обменять на еду, но пока я просто стою на солнцепёке и пытаюсь хоть немного вникнуть, что тут вообще происходит.

Когда телеканал РЕН ТВ написал нам в самиздат письмо и пригласил на фестиваль «Игры престолов» в саду «Эрмитаж», редакция почему-то решила, что будет очень весело отправить туда человека, который не видел ни одной серии и вообще не в курсе, что происходит в этом фильме. То есть меня. В итоге я оказалась в довольно плачевном положении: вчера я радостно выпивала до шести утра, и теперь у меня раскалывается голова, я ненавижу себя, ненавижу людей, ненавижу «Игру престолов» и совершенно не представляю, что случилось с «Эрмитажем». Тут стоят палатки с непонятными значками: рыба, замок, какая-то птичка. По дорожкам ходит ряженый кудрявый брюнет, а за ним толпой носятся восторженные девицы и хотят фотографироваться. На входе стоит какая-то огромная деревянная катапульта, а обойдя её, я чуть не врезаюсь в телегу со связками сена. Куда я, чёрт возьми, попала?

Дорогой читатель, позволь я объясню тебе, насколько я не разбираюсь в «Игре престолов». Когда я говорю людям, что ничего о ней не знаю, они обычно думают, что я притворяюсь: «Ну, ты что, ну Старки же, ну Джон Сноу!». Но в моём воображении в этот момент появляется лишь кошачья морда. Почему-то многие мои знакомые говорят, что их коты похожи на Джона Сноу. Поскольку мне эти животные кажутся сердитыми и страшными, в моём представлении этот персонаж — некто угрюмый и довольно непривлекательный. Ещё я знаю, что есть некая мать драконов (одно время мне нравился парень, который говорил, что она очень классная). А однажды утром моя лента в Фейсбуке взорвалась криками: «Ходор! Нееет!». И я сделала вывод, что в фильме есть некто по имени Ходор, и недавно с ним случилось что-то ужасное. Как-то я увидела мем с такой надписью: на картинке какого-то мужика прихлопнуло дверями в метро. Предполагаю, что героя по имени Ходор защемило между чем-то и чем-то, но я не уверена, что правильно поняла. В общем-то, на этом мои познания заканчиваются.

Надеюсь, теперь ясно, в каком отчаянии я пребывала, бродя по «Эрмитажу» и наблюдая за радостными любителями сериала. Впрочем, на входе организаторы дали мне несколько флаеров с загадочными символами: мне сказали, что в палатках я могу обменять их на еду, надо найти ларьки с такими же значками, как на карточках (видимо, они что-то символизируют). С похмелья мне кажется, что поесть — отличная идея. Прямо передо мной на газоне жарят на вертеле жирного поросёнка, но мяса я не ем. Оглядываюсь по сторонам: к палатке с головой хищного животного стоит огромная очередь, а мой опыт подсказывает: если где-то собирается толпа народу, значит, там дают еду. Около соседней палатки — на ней значок с рыбой — никого нет. Спрашиваю у людей из длинной очереди:

— Скажите, а почему все стоят здесь, а не там?
— Ну как же, тут ведь дают мясо! — удивляется какой-то молодой человек. Воспользовавшись установленным контактом, я пытаюсь узнать у него, что тут происходит.
— Да я сам не знаю, я сериал этот не смотрел, просто поесть пришёл. Ну, вообще-то я тут с девушкой, это она смотрит «Игру престолов», — упомянув девушку, он тревожно оглядывается по сторонам. Действительно, его спутница стоит неподалёку и свирепо смотрит на нас, так что я, пожав плечами, отправляюсь к палатке с рыбой. Продавцы говорят мне, что они — Талли, поэтому они угощают всех морепродуктами, а в палатке с мясом — Старки. Какой-то человек рядом со мной поясняет: «Старки круче всех!». Я пытаюсь разобраться:

— А к ним такая очередь стоит, потому что они круче всех или потому что там мясо дают?
— Да потому, что там квас наливают, — смеётся продавец и вручает мне пирожок с рыбой.
— А вот эти Талли и Старки — это что вообще?
— Ну это… Такие семейства или кланы… Вы что, не смотрели?

Устроившись на скамейке, я жую пирожок и постепенно прихожу в себя — похмелье медленно отступает. Рядом сидит молодой человек с квасом, он выглядит довольно дружелюбно, и я спрашиваю:
— Скажите, вы разбираетесь в «Игре престолов»?
Он удивлённо кивает.
— Понимаете, меня прислали писать текст, а я не смотрела ни одной серии. Пожалуйста, объясните, что происходит.

— Ну… Смотрите. Есть Старки и Ланнистеры, и они воюют. А ещё есть очень крутая женщина, которую отдали в рабство. Потом она вышла замуж за короля, он умер, а она стала королевой. У нее были три драконьих яйца, она о них заботилась, прошла через пламя, и у неё вылупились драконы.

Моего собеседника зовут Сергей, его объяснения звучат довольно запутанно, но хоть что-то начинает вырисовываться в моей голове. Правда, я не поняла, как эта женщина ухаживала за драконьими яйцами — она что, их высиживала? И почему Старки и Ланнистеры злятся друг на друга? Обрадованная дружелюбием Сергея, я начинаю бродить по саду, меняя флаеры на еду и обращаясь к разным людям с вопросами. Услышав мою историю (пришла писать текст, редакционное задание, ничего не понимаю), все относятся ко мне с сочувствием и пытаются, как могут, пересказать сюжет сериала. Я привыкла, что журналистов все, как правило, посылают подальше с их глупыми вопросами, и теперь начинаю получать удовольствие от происходящего.

Согласно закону Годвина, по мере развития любой дискуссии вероятность упоминания в ней Гитлера стремится к 100%. Около 78% обсуждений в интернете, где есть больше тысячи комментариев, в итоге сводятся к Гитлеру. Так вот, через полчаса блужданий по «Эрмитажу» я начинаю понимать, что в мире «Игры престолов» есть свой Гитлер — это Джон Сноу. Только, в отличие от фюрера, его все любят. С кем бы я ни пыталась обсудить происходящее, все рано или поздно вспоминают про этого персонажа, и взгляды их затуманиваются. Мне объясняют, что этот герой красив, справедлив, настоящий воин и вообще он «единственный, кто остался в живых, хоть однажды его и убили».

Пытаясь разобраться в сюжете сериала, я набредаю на палатку с изображением замка. У меня есть флаер с такой картинкой, а значит, я могу тут что-то получить. В палатке продают и раздают за флаеры соки и фрукты.

— Мы — Фреи, — объясняет девушка, которая делает мне смузи. — И мы не очень классные, потому что предали Старков. Но сегодня ужасно жарко, и все приходят к нам за лимонадами и соками, так что все тоже предают Старков. Это такая проверка на верность. А знаете, кто по-настоящему классный? Джон Сноу, вы его видели, он тут ходит такой в кожаной одежде!

Итак, вот что я смогла узнать за час: Старки и Ланнистеры воюют, есть ещё куча других семейств (кланов? королевств?), все любят Джона Сноу, а мать драконов высидела яйца. Пока я суммирую информацию в своей голове, мимо проходят два парня. Один, чуть не плача, говорит другому: «Я какой-то тупой, я тут ничего не понимаю». Мне хочется броситься ему на шею с объятиями.

Спасаясь от похмелья и жары, я использовала уже почти все свои флаеры, а тратить деньги на еду — не в моих принципах. У меня осталась только одна карточка. На ней нарисована птичка, и я никак не могу найти нужную палатку. Наконец, я набредаю на неё где-то вдалеке от основного места действия. Пока мне упаковывают турецкие сладости, я спрашиваю:

— А вы кто? И почему вы не там, где все остальные?
— Мы — Аррены, воины долины. И мы очень клёвые. Но только у нас тёрки со Старками, так что мы расположились подальше от них.
— А что вы не поделили?
— Да мы убили у них пару людей, — радостно отвечает мне девушка за прилавком.

Обдумывая эту информацию, я иду вглубь сада и вижу перед собой огромнейшую очередь. Читатель, я видела, как люди толпятся, чтобы получить кусок гигантского кулича, и топчут друг друга ногами. На моих глазах москвичи выстраивались в шеренгу длиннее ста метров за куском очень большой шарлотки. В погоне за холодцом все набились в здание Москворецкого рынка, как сельди в бочку. Но, честное слово, такой очереди я не видела ещё ни за одной едой. С восторгом и ужасом я пытаюсь понять, где она начинается и где кончается, но не могу. И у меня не получается даже близко предположить, за каким угощением стоят все эти люди и каких оно размеров. Правда, меня удивляет, что никто не топчет друг друга, не орёт матом и не ссорится из-за места. Я подхожу к какой-то женщине в зелёном платье и интересуюсь, что тут дают.

— Да ничего не дают, это все хотят сфотографироваться на троне.
— На троне?! Он что, несъедобный?!

Женщина громко смеётся, люди в очереди подхватывают. А я вдруг чувствую, как возрождается моя вера в людей — оказывается, на солнцепёке в длинной очереди можно стоять не только за едой.

Моя собеседница явно пришла сюда одна и не прочь поговорить. Кроме того, её лицо разукрашено какой-то символикой «Игры престолов» — она наверняка фанатка. Так что я обращаюсь к ней со своей фирменной речью «меня отправили писать текст, а я ничего не понимаю». Она начинает рассказывать:

— Значит, так. Вот этот трон, к которому все стоят, — он самый главный. Кто на нём сидит, тот и король. Ланнистеры всем рулят. Еще есть Таргариены, и среди них есть, представляете, умная блондинка — она мать драконов.

Дальше я узнаю, что какая-то героиня сериала спит со своим братом, и она убила своего мужа, потому что хотела, чтобы сын стал королём. И у неё есть трое детей, но все они не от мужа, а от родного брата-близнеца. А драконы, которых выращивала блондинка, — они сначала были очень милые, а потом выросли, и эту женщину все зауважали. Она собрала огромное войско и претендует на трон. И вообще она умная и интересная, но Джон Сноу всё равно круче. Ещё есть какой-то очень порочный карлик, которого не любят в семье, потому что мать умерла, когда его рожала. Он очень порочный человек, спит со всеми подряд и вообще алкоголик, но в нём есть какое-то благородство, а ещё он очень умный.

Постепенно вокруг меня собирается целая толпа народу: краснощёкий мужчина с фотоаппаратом, девочки-студентки, суровая психолог, которая говорит, что этот сериал — очень плохой.

— А почему же вы тогда пришли?
— Мой муж очень любит «Игру престолов», и я пришла сюда, чтобы ему одному не было грустно. Но вообще-то там показаны все человеческие пороки, и я вам рекомендую, если вы всё-таки посмотрите его, сходить потом к психологу.
— И вы не против того, чтобы ваш муж это смотрел?
— Ну, он ведь самостоятельный человек, и у него должно быть своё мнение.

На работе я каждый день пишу про людей, которых арестовывают за репосты в соцсетях, и давно привыкла к спикерам, которые так боятся всего на свете, что отказываются давать комментарии. Я как-то смирилась с тем, что люди злые и не любят общаться. И вдруг, оказавшись в секте любителей фильма, где, как мне объяснили, на каждом шагу инцесты и убийства покруче, чем у Тарантино, я вижу толпу приветливых людей, которые пытаются мне помочь и утверждают, что у всех должно быть своё мнение. Я не могу поверить своим глазам, а тем временем люди из очереди к трону, раньше не знакомые друг с другом, начинают горячо обсуждать, чем бы ещё мне помочь.

— А давайте ещё расскажем про белых ходоков! Они ждут зимы, чтобы прорваться через стену и всех убить!
— А «Зима близко» — это девиз Старков. У каждого семейства есть свой девиз. Например, Ланнистеры всегда платят долги.
— А ещё Джон Сноу — прямой наследник престола, но об этом пока никто не знает, представляете?
— А вон идёт Дейенерис, смотрите, какая красивая!

Я всё меньше понимаю, что происходит в сериале «Игра престолов», но мне уже ясно, что сегодня я пришла сюда не за этим. Я, кажется, уже не так сильно ненавижу людей. Развернувшись, я иду к выходу из парка, а за спиной мои собеседники громко и со смехом что-то обсуждают. По дороге я вижу на скамейке одинокого старика — смуглого, огромного и седого, как латиноамериканский Санта-Клаус. Я подсаживаюсь к нему.

— А вы разбираетесь в «Игре Престолов?»
— Ну, понимаете, это преломление реальных событий через призму иного мира. Такая игра, которая захватила всех, мы все так или иначе оказались в неё вовлечены…

Сначала я думаю, что он пьян, но потом начинаю улавливать нить его рассуждений, и постепенно мне всё больше нравится с ним разговаривать. Он продолжает:

— Знаете, вот я сижу, смотрю на людей, которые сюда пришли: у нас ведь век информации, люди так много знают, что боятся сами себя и друг друга. Боятся разговаривать, боятся оставаться одни… Кто-то что-то про вас думает, но ни за что вам про это не расскажет, потому что боится… А здесь — смотрите, они все общаются.

Старика зовут Вячеслав, он явно капельку сумасшедший, но от этого нравится мне ещё больше. На прощание мы крепко жмём друг другу руки. Идя к выходу, я думаю о том, что люди не должны стоять в очередях за едой — там они одиноки, озлоблены и слабы. Пусть лучше они выстраиваются к трону из любимого сериала, даже если он про войну и инцест. Или за билетами на музыкальный фестиваль, пусть даже на нём все обдолбаются наркотой. Странно только, что праздников гигантской еды с толпами и потасовками в последнее время всё больше, а Outline запретили, как и KаZантип, как и «сатанинский» фестиваль красок. И, наверное, мне всё-таки нужно выбрать время и посмотреть уже эту «Игру престолов», пока не запретили и её тоже. Похоже, это не такой уж и дурацкий сериал.

3.unity
Этот коллаж на заходе — творение основателя Школы Плохого, но Хорошего Коллажа Антона Яроша. Счастье!

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

2 комментариев

  • Классная статья. Я в течение нескольких лет посмеивалась над массовой истерией Игр Престолов пока месяц назад, любопытства ради, не посмотрела пару епизодов первого сезона. В итоге – шесть сезонов на месяц и масса теорий об исторических параллелях и другой белеберды :)

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *